Главная » ЭКОНОМИКА » Западные эксперты оценили перспективы санкций против «Крепости Россия»

Западные эксперты оценили перспективы санкций против «Крепости Россия»

Эксперты Bruegel и IIF оценили перспективы санкций против стратегии «Крепость Россия»

Санкции против России не сработали так, как рассчитывал Запад, признали экономисты европейского центра Bruegel. Но их эффекты будут усиливаться со временем и пространство для дополнительных ограничений остается, полагают они

Западные санкции не привели к такому снижению доходов российского бюджета, чтобы сократить продолжительность специальной военной операции на Украине, а профицит платежного баланса страны благодаря мощной экспортной выручке по итогам 2022 года будет близок к $240 млрд — в два раза больше предыдущего рекорда, поставленного в 2021 году. Об этом пишут эксперты европейского аналитического центра Bruegel Мария Демерцис и Бен Маквильямс и экономисты вашингтонского Института международных финансов (IIF) Элина Рыбакова и Бенджамин Хайлдженсток в статье «Как санкции повлияли на Россию», опубликованной в конце октября.

Защитная стратегия, которую западные эксперты называют «Крепость Россия» (Fortress Russia), то есть консервативная политика макроэкономической и финансовой стабильности, в целом сработала, даже несмотря на заморозку $300 млрд валютных резервов Банка России, указывают авторы. «Благодаря грамотной реакции Банка России санкции в финансовом секторе не смогли спровоцировать финансовый кризис в России, а сокращение экономической активности оказалось меньше, чем предполагалось», — пишут они.

«Санкции не сработали так, как ожидал Запад, потому что санкционеры не разобрались в том, как работает российская экономика», — считает директор ИНП РАН Александр Широв.

Опции для санкционеров

Однако за счет широты санкционного давления его эффекты будут нарастать со временем и экономика может пострадать в средне- и долгосрочной перспективе, утверждают экономисты. Кроме того, возможности для усиления санкционного давления на Россию еще не исчерпаны, убеждены авторы. «Тот факт, что реальные экономические последствия не проявят себя немедленно, означает, что ситуация в российской экономике не сможет сдержать способность российского руководства продолжать военные действия на Украине», — отмечают экономисты, прогнозируя, что ЕС придется сделать больше в части распространения санкций на еще не попавшие в санкционные списки компании и ограничений в отношении поставок российских нефти и газа. В настоящее время, в частности, разрешены сделки по непрямому обслуживанию американскими банками транзакций российских подсанкционных банков, связанных с торговлей энергоносителями (это исключение из санкционного режима истекает 5 декабря; вероятно, оно может быть продлено, если российская нефть будет закупаться третьими странами по предельной цене или дешевле).

По мнению Широва, более отложенный эффект будут оказывать ограничения на доступ к технологиям. «То, что нас отрезали от западных технологий, будет негативно влиять на российскую экономику в следующие годы. Причем эффект может проявиться через пять-семь лет, когда потребуется заменять пока что работающее оборудование, машины, строительную технику, программное обеспечение», — говорит эксперт.

Перспективы в энергетической сфере

Пока санкции против российского природного газа не вводились. По версии экономистов Bruegel и IIF, Россия сама предпочла сократить поставки газа в Европу, но снижение объемов газового экспорта в европейские страны «неизбежно приведет к сокращению объемов добычи и, следовательно, уменьшению бюджетных доходов (за счет НДПИ на газ. — РБК)». Впрочем, по их словам, курс рубля частично выполняет роль автоматического стабилизатора: меньший приток валюты от экспорта означает при прочих равных более слабый рубль и более высокую рублевую стоимость остающегося экспорта, а значит, и более высокие поступления в бюджет.

Об этой функции рубля говорил в недавнем интервью РБК и министр финансов Антон Силуанов. В целом от курса доллара к рублю зависят нефтегазовые доходы бюджета: экспортные пошлины на нефть и нефтепродукты устанавливаются в долларах, НДПИ на нефть прямо пропорционален обменному курсу, поэтому при повышении курса доллара к рублю нефтегазовые доходы при прочих равных растут.

В результате решения Евросоюза отказаться от импорта российской нефти (с 5 декабря 2022 года) и нефтепродуктов (с 5 февраля 2023 года), а также ограничений по экспорту российского природного газа в Европу (по данным Bruegel, сейчас в Европу поставляется лишь 20% от прошлогодних объемов) «энергетическая политика ЕС должна стать независимой от импорта из России», указывают авторы. Хотя ЕС сильно пострадает в ближайшие зимы, в среднесрочной перспективе и для России настанут серьезные последствия. «Россия будет вынуждена перекрыть существенную часть своей инфраструктуры по экспорту газа, поскольку около 60% ее газовых поставок шли в Европу и Великобританию. Они не могут быть легко перенаправлены», — утверждается в статье.

Россия экспортирует газ с восточносибирских месторождений в Китай через газопровод «Сила Сибири». Западносибирские месторождения, обслуживающие европейские рынки, не подключены к альтернативным экспортным маршрутам, и поставки с них пока не могут быть перенаправлены в Китай: проектируемый газопровод «Сила Сибири-2» сможет соединить два региона, однако строительство займет много лет (это планируется сделать к 2030 году), к тому же коммерческие условия на китайском рынке «намного хуже для России, чем на европейском рынке», утверждают авторы статьи.

«Добровольный уход из России большого количества западных фирм, отвязывание ЕС от российских энергоносителей и неспособность России подыскать столь же качественных покупателей в других регионах мира нанесут серьезный ущерб российской экономике», — подводят итог экономисты. Однако, по их мнению, оценивать воздействие санкций будет все сложнее, поскольку российские власти закрывают часть статистики.

«Если против нас применить дополнительные санкции в области энергетики и финансов, мы можем ответить сокращением экспорта. Но тогда мировые цены, в том числе на энергоносители, поползут вверх. На Россию приходится от 8 до 10% мировых рынков газа, нефти и нефтепродуктов. Негативный эффект от дополнительных санкций Россия разделит с теми, кто их введет», — полагает Широв.

Авторы
Теги
Источник